Усиленное внимание к душевной жизни тогдашнего китайца еще ничего не говорит о развитии его личности. Напротив, Г. И. Маркелов утверждает, что «отрекшись от божества, от абсолютной личности, китайцы отреклись и от человеческой личности. Идее порядка и государственной организации китайцы пожертвовали своей свободой Жизнь в Китае рано утрачивает прелесть индивидуальных влечений. Свобода, личная самостоятельность - источники всякой живой культуры - не находит здесь себе места. Залогом успеха служит не талант, а усидчивость, не оригинальность, а подражательность. Человек здесь прежде всего консервативное начало, враг новшества и реформ. Благодаря этому обычай здесь становится законом, этикет - религией, а привычка - нравственностью.

Правда, представители другого традиционного в древнем и средневековом Китае учения - даосизма - утверждали: для того чтобы постичь принцип всеобщего космического порядка и слиться с ним, не создавая никакой энтропии, необходимо просто «забыть» конвенциальные нормы и условности, а вместе с ними и свое «Я» как одну из таких условностей и в порыве спонтанного «просветления» идентифицироваться с безусловным Дао. Постижение Дао - это такой психологический опыт, в котором исчезает различие между субъектом, между «Я» и «не-Я». При этом и происходит «самоидентификация» всех противоречий и оппозиций, раскалывающих изначальную целостность мира и создающих в обыденном сознании драматические коллизии между индивидуальным «Я» и макрокосмом. Психотерапевтическая ценность «просветления», по мнению даосов, заключается в его способности примирить противоречия на более высоком уровне сознания, и в этом смысле Дао интерпретировалось ими как путь к более целостной и гармонической жизнедеятельности человеческой психики.